В поисках белого слона

Текст, видео и 27 фотографий из путешествия в Африку

Про сафари в Африке слышали все: в Кении, Танзании, ЮАР и Замбии и животных стада, и людей они не боятся, и до слоновьих семейств, антилоп и жирафов можно дотронуться рукой. Но ведь боязно: наверное, очень дорого, и комфорта никакого, и львы могут съесть, и черный континент, и эпидемии… Дмитрий БУЕВИЧ проехал Африку от Кейптауна в ЮАР до Дар-эс-Салама в Танзании и развеивает все страхи в отчете о том, как все устроено, из своей самой недавней поездки в марте 2018 года.

 А бывает такое, чтобы львы напали на людей? Ну они же вот, в трех метрах от нас ходят, что им стоит допрыгнуть — обращаюсь я к проводнику, кенийцу Джону Мбабва. Мы сидим в микроавтобусе с откинутой крышей посередине африканской саванны, а вокруг с невозмутимым видом расхаживает целый львиный прайд.

— Димитри, в природе все устроено рационально. Львам нет никакого резона нападать на странных существ в неприятно пахнущих клетках, когда рядом бродит столько привычной и вкусной еды.

Логично, на человечий взгляд. А вот согласны ли с этим львы, совершенно непонятно. Впрочем, не доверять Джону было бы странно: он и следопыт, и знаток саванны с 20-летним опытом, и зоолог с британским дипломом по образованию. А для меня — еще и гид, и водитель, и нянька. Не только показывает зверей саванны и рассказывает, как тут у них всё устроено, но и следит, чтобы белый мзунгу не забыл утром позавтракать и справился с открыванием бутылки с водой.

Кения и Танзания — две самые заточенные под европейцев страны черной Африки. Они десятилетиями внедряли у себя туристические стандарты взыскательных регионов, Западной Европы и США — по сервису, безопасности, комфорту. Национальные парки и наблюдения за животным миром Африки — местная нефть, едва ли не главная статья национального дохода. В 2016 году, по данным Управления по туризму Кении, в страну въехало 1,26 млн. посетителей. И отлажено это дело настолько, что слоган кенийской туриндустрии я бы сформулировал примерно так: «Вы только держите открытыми глаза, остальное мы сделаем за вас».

Выезжать в саванну можно в любое время, но на рассвете получается особенно волшебно. Сначала, еще в сумерках, алым парусом высвечивается плоская вершина Килиманджаро — она за последние полтора-два десятилетия почти совершенно потеряла снежную шапку, Хемингуэй бы точно расстроился. Солнце стремительно поднимается вертикально — как-никак, экватор — саванна приходит в движение. За пару часов первого же выезда в нацпарк Амбосели Джон успел показать мне жирафов, бегемотов, бесчисленные стада зебр, антилоп пяти видов, страусов, орлов, журавлей и ещё кого-то беспрестанно жующего, клюющего, бредущего и редко когда — бегущего. Надо понимать, что весь этот зверинец гуляет не где-то на пороге видимости — он в считанных метрах. Антилоп и зебр никто вообще не считает за людей, их тысячи.

Антилоп и зебр
никто вообще не считает за людей,
их тысячи.


Слоны ходят группами по 25-30 штук, смешно осыпают себя пылью из хобота, учат чему-то своих крошечных детишек и слоняются всюду, куда хватает взгляда, по плоской как стол африканской саванне. Бегемоты сидят в болоте, жирафы удивленно поворачиваются к вам антеннами рожек, буйволы игриво сшибаются лбами. Все это — на расстоянии вытянутой руки.

Механика сафари отработана до мелочей. Фирма-организатор — их в Кении около 800 — ловит вас прямо в аэропорту Найроби, садит в джип и везет прямиком в лодж. Это такой африканский вариант all inclusive — находящиеся или в самих нацпарках, или на въезде в них отели уровня 4-5*** В буше стоят бунгало, вокруг них разгуливают антилопы, олени, зебры, иногда даже бегемоты. Сервис не просто хорош — он безупречен, управляют лоджами чаще всего британцы, австралийцы, южноафриканцы. Вас кормят, возят по саванне, стараются показать всех живущих тут зверей и выбрать лучшие ракурсы для фото. Вечером — культурная программа: песни и прыжки масаев, кинолекторий о жизни все тех же обитателей саванны, советы по фотографии.

…Джон вслушивается в болтовню постоянно включённой рации, они прикручены ко всем микроавтобусам, и внезапно командует:

— Полетели, тут не так далеко львы кого-то едят, успеем.

Это я ещё в первый день выучил: если неспешно фланирующие машины вдруг начинают поднимать до небес пыль или скапливаются где-то, как слоны на водопое, это да, это львы. Не знаю, за чем мы так гнались: львиное семейство позавтракало только что убитым буйволом и теперь мирно дремлет в теньке зонтичной акации. До них метров 6: от самца явственно несет чем-то немытым и некошачьим, его женщины и котята валяются, задрав лапы и подставив солнцу белые животы. Ну чисто домашняя кошка, только весом килограммов 80.

Выходить из машины запрещено для безопасности и туристов, и животных. Джипы, по идее, не имеют права даже съезжать с проселков в траву — но водители сплошь и рядом нарушают это правило, чтоб гости лучше рассмотрели зверинец. Если нарвешься на рейнджер-патруль — штраф $100 для водителя, туристам ничего.

Мужчина-лев встает и, не обращая никакого внимания на десяток набившихся к акации джипов, направляется к останкам буйвола, подкрепиться.

Я теперь понимаю, почему лев — царь. Он идёт как царь — уверенно и неспешно, и вместе пружинисто-энергично, с естественным спокойствием хозяина жизни. Не знаю, как там на это реагируют слоны, а всякие антилопки прижимают ушки и стоят, как мы на почте за посылками с АлиЭкспресс. Красивая кошка. Аристократическая.

Редкая добыча, как я понял за два путешествия в национальные парки Африки — гепарды, леопарды и черный носорог. Но и они непременно попадутся не за час, так за пару дней. Многое зависит от вашего рейнджера-гида, конечно.

Есть мнение, что белому в черной Африке небезопасно. Не могу сказать ничего такого о Кении и Танзании. Я гулял по ночному Найроби, добирался на рейсовом автобусе до Дар-эс-Салама и ничего, кроме любопытства, у местных никогда не вызывал. Они называют нас «мзунгу» — что-то типа «человек без цвета». Не то чтоб немножко высокомерно, а скорее так, с удивлением к несуразности этих мзунгу. Суахили вообще занятный язык. Все эти чунга-чанга, тумба-юмба и прочие мокеле-мбембе из детства — это имитация суахили и есть. Самые знаменитые выражения — акуна матата и джамбо-мамбо.

По сути африканское сафари — Парк Юрского периода, только в реальности. Согласитесь, для нас, жителей городов, что слоны, что жирафы и бегемоты — такая же умозрительная экзотика, как тираннозавры и птеродактили. А тут тебя везут по бескрайней зеленой равнине, а по сторонам выхаживают стада невиданных чудесностей. Саму механику Jurassic Park Спилберг с саванны и срисовал, уж больно похоже. И кстати: ни в одной части планеты ничего, подобного африканскому сафари, нет. Как-то не сложилось.

СКОЛЬКО СТОИТ?

Есть разные по комфорту варианты, но все равно это намного дороже Турции. Недельное сафари в условиях самого простого палаточного лагеря начинается от $750 на человека. Чтобы понять многообразие предложения, есть смысл полазить по агрегатору safaribooking.com. Там собрано больше 2 тысяч предложений по 139 национальным паркам — кроме Кении, это ЮАР, Ботсвана, Намибия, Замбия, Уганда.

КАК ДОБРАТЬСЯ?

Прямых перелетов из Москвы в Найроби нет. Придется делать стык или в Европе, или на Ближнем Востоке. Общее летное время порядка 12 часов, AirArabia, Qatar Airways и KLM предлагают перелет туда-обратно примерно за $550-620 на человека.

ПРИВИВКИ

Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) относит всю экваториальную Африку к красному поясу повышенной опасности по малярии. Звучит угрожающе, но к этому же поясу отнесена и вся Азия — Тайланд, Вьетнам, Индия и пр. Профилактика с помощью хининсодержащих таблеток желательна. Из прививок желательна желтая лихорадка, однако даже не для самой Африки, а для последующих посещений Европы, Австралии и США: обнаружив штамп центральноафриканских стран, офицер паспортного контроля, скорее всего, захочет убедиться, что въезжая туда, вы уже были привиты.

ВИЗА

Виза делается в посольстве за 2 дня или на въезде, по заранее поданному запросу. Сбор в обоих случаях $50 с человека. С 2016 года Кения, Танзания и Уганда ввели общую восточноафриканскую визу — очень удобно для длительного погружения в жизнь континента.

Поделиться
Поделиться