Три месяца без раскачки: как Сергей Верещагин мэрствует в Красноярске

Город вручную

Первое, что бросилось в глаза после предшественника — Верещагин практически сразу начал работать в формате постоянного контакта с жителями. Причём не через отчёты и пресс-релизы, а на живых встречах, где разговор быстро переходит от общих жалоб к конкретным перекрёсткам, дворам и маршрутам. Такие встречи стали регулярными — и, что важно, остаются предметными.

Пока глава города обсудил насущное с жителями четырёх районов — Октябрьского, Ленинского, Советского и Свердловского районов. Но серию встреч обещает продолжить.

Такую системность в работе оценил политолог Александр Чернявский. В разговоре с «Городом Прима» он отметил плановость, с которой мэр приступил к работе.

Люди говорили о пробках, неудобных развязках, неубранных дворах. И мэр не уходил в общие формулировки. Например, тема светофоров — казалось бы, мелочь — неожиданно стала одной из центральных. Жители жаловались на постоянные пробки в сторону Мясокомбината. Их предложение — установить светофор и перенести остановку — реализуют уже в ближайшее время.

Параллельно всплыла идея с отменой выделенной полосы на Николаевском мосту. История давняя — в час пик из Тихих Зорь попасть в центр быстрее всего было на вертолёте или вплавь. Но мэр не стал откладывать тему «в стол», а обозначил готовность тестировать решения и дорабатывать их по ходу. Такой подход — через пробу, а не бесконечные согласования — для Красноярска скорее новый.

Проверка ногами: Борисевича, Огородная и эффект повторного визита

Если встречи — это диалог, то выезды — уже управленческое действие. И здесь Верещагин довольно быстро показал: он не ограничится разовыми инспекциями «для галочки».

Одна из таких точек — улица Борисевича. Район с типичными для города проблемами: изношенная инфраструктура, вопросы благоустройства, жалобы на состояние дворов. Важно не то, что мэр туда приехал — важно, что разговор шёл не абстрактный, а с попыткой понять, какие решения можно запустить быстро, а какие потребуют времени и денег.

Ещё показательнее история с домами на 2-й Огородной. Это место уже давно стало символом затяжного городского конфликта — с недовольными жителями и ежегодными поводами для новостей. Верещагин приезжал туда не один раз. И вот здесь появляется важный нюанс: повторный визит.

Это подчёркивает и политолог Александр Чернявский. Он сам живёт в проблемном доме на 2-й Огородной, и тот факт, что чиновник не просто фиксирует проблему и исчезает до следующего инфопоповода, а держит на ситуацию на контроле, вызывает позитив. Жители видят, что их не «отработали», а действительно решают проблему.

Автобусы, которых ждали годами

Отдельная линия первых месяцев — транспорт, причём не внутри города, а на его границах. После муниципальной реформы Красноярск живёт в формате «расширяющегося города»: люди переезжают в пригороды, а инфраструктура за ними не успевает.

Верещагин довольно быстро обозначил: территории вроде Солонцов и Минино — это уже не «где-то рядом», а часть городской системы. Вопрос автобусных маршрутов в эти направления поднимался не первый год, но именно сейчас начались реальные подвижки: обсуждение новых рейсов, изменение схем движения, попытка сделать транспорт более регулярным и предсказуемым.

Обещания

Одна из главных — храм на Стрелке. Проект, который уже не раз вызывал споры в городе, снова вернулся в повестку.

Мэр аккуратно сформулировал позицию: нужно ещё раз обсудить, услышать разные стороны и только потом двигаться дальше. Но ситуацию это не изменило — разрешение на строительство храма выдали.

Ещё более чувствительная тема — крематорий. Для города это давний и болезненный вопрос: разговоры о местном учреждении ведут с десяток лет, и, казалось бы, строительство началось. Но работы встали. Сергей Верещагин пообещал «проследить» за частным инвестором: если движения не будет, в городе может появиться муниципальный крематорий.

— Если ничего не изменится, то я не понимаю, в чём сложность этого объекта — построить крематорий. Даже концессию не надо. Сделаем муниципальный. Я думаю, меня и коллеги мои, и депутатский корпус поддержат, потому что это абсолютно правильная, цивилизованная идея для миллионников.

Параллельно мэр говорит о развитии так называемого «Большого Красноярска» — тех самых территорий вроде Солонцов и Минино. И здесь речь уже идёт не о точечных мерах, а о комплексном подходе: инженерные сети, транспорт, социальные объекты.

И, конечно, дороги. Верещагин обозначает сразу два направления: строить новые магистрали и параллельно приводить в порядок существующие. Задача, мягко говоря, не из простых — особенно с учётом климата.

После Логинова: тихая перестройка системы

Любой новый мэр работает не в вакууме, а в системе, доставшейся от предшественника. В случае Красноярска это команда и структура, сформированные при Владиславе Логинове.

Верещагин не стал устраивать революцию, но начал аккуратную перенастройку. Одним из заметных шагов стало разделение департамента городского хозяйства и транспорта. При Логинове их объединили — теперь функции снова разнесены. Логика понятна: меньше перегрузки, больше специализации, быстрее принятие решений.

Параллельно идут кадровые изменения. В ряде департаментов сменились руководители или ключевые фигуры.

Своих постов лишились:

• первый заммэра Алексей Шувалов;
• заммэра, глава департамента градостроительства Сергей Шикунов;
• заммэра, глава департамента городского хозяйства и транспорта Дмитрий Безруких;
• глава департамента экономики и инвестиционного развития Ирина Антипина;
• глава департамента муниципального заказа Ринат Шадрин;
• глава управления информатизации и связи Андрей Карасёв.

Это не громкие чистки, а скорее постепенное формирование собственной команды. По словам Чернявского, сделать это сложно — силён кадровый дефицит. С ним Верещагин знаком ещё по работе в краевом правительстве.

400 лет впереди: юбилей как шанс, а не дата

2028 год всё ближе, и Верещагин уже обозначил, что юбилей — это не просто праздник с салютом, а повод перезапустить развитие. В его риторике регулярно звучат слова про инфраструктуру, общественные пространства, долгосрочные проекты.

По сути, речь идёт о попытке использовать юбилей как «дедлайн», под который можно подтянуть финансирование, ускорить согласования и реализовать то, что в обычном режиме растянулось бы на годы.

Однако, как подчёркивает Чернявский, жизнь в городе продолжится и после 2028-го, но как — неясно никому.

— Лично мне не хватает перспективы развития Красноярска. Сейчас всё заточено под подготовку юбилея в 2028 году — это, напомню, уже через два года. Но что дальше? Хотелось бы увидеть горизонт планирования в среднесрочной перспективе — на 5-10 лет.

Три месяца не результат, скорее заявка. За это время Сергей Верещагин показал, что готов работать со сложными городскими темами.

Есть ли ощутимые изменения? Точечно — да. Но о системной работе говорить пока рано. Впереди лето, и главные городские ремонты. Особенно пугает благоустройство поперечных улиц — Сурикова, Кирова, Диктатуры Пролетариата. Будут ли горожане снова лавировать между лужами, горами песка и стройматериалами? Смогут ли подрядчики уложиться в сроки, а не наспех доделывать работы до первых морозов? Вопросы пока открытые.

Но главное ощущение, что в мэрии стало больше движения и меньше пауз. За такую «активность» эксперты аккуратно, но оптимистично, сравнивают нынешнего главу с Петром Пимашковым, который продержался в кресле мэра 15 лет.

фото: t.me/VereschaginSV_krsk